|
|
В Алматы прошел круглый стол на тему «Трансформация политических режимов в странах Центральной Азии».
В качестве экспертов в мероприятии приняли участие руководитель службы стратегического планирования Ассоциации приграничного сотрудничества Александр Собянин (Россия), сотрудник миссии наблюдателей ЕС в Грузии Фабрицио Виельмини (Италия), директор Института стран СНГ Александр Князев (Кыргызстан), главный эксперт UNDP в Узбекистане Евгений Абдуллаев и другие. Они обсудили внутренние и политические факторы устойчивости стран Центральной Азии, динамику экономической ситуации в Кыргызстане и Узбекистане и ее влияние на политические режимы в этих странах, региональную политику Кыргызстана и его внешнеполитические ориентиры, взаимовлияние политических процессов государств региона.
По словам генерального директора недавно образованного ИПР Бахытжамал Бектургановой, это первый крупный проект Института, приуроченный к прошедшим в Кыргызстане президентским выборам, а также предстоящим в одах парламентским выборам в Узбекистане и Таджикистане.
Профессор Киргизско-Российского Славянского университета Аза Мигранян: «У Кыргызстана есть лишь два пути – либо быть под Китаем, либо под Россией. Внешний долг перед Россией самый высокий. Вот уже полтора года ведутся переговоры о передаче оборонного комплекса страны под управление России в счет уплаты долгов. Мировой финансовый кризис позволил властям объяснить проблемы с экономикой страны, то есть, по сути, прикрыться кризисом. В постсоветском пространстве Кыргызстан был страной с наиболее высоким уровнем свободы предпринимателей: 80 процентов бизнеса составляли малый и средний бизнес. Но при этом в стране высокий уровень коррупции, который не позволяет нормально развиваться малому и среднему бизнесу, высокий уровень бедности, не завершен процесс передела собственности. При этом рост теневого бизнеса в стране составляет, по официальным данным, от 50, по неофициальным источникам – до 70 процентов. Теневой бизнес сросся с ведущими элитами страны, которые находятся у власти. Так что одолеть его невозможно. Может, наступит амнистия, как в Узбекистане, но на этот процесс уйдет минимум 5 лет».
Эксперт UNDP в Узбекистане Евгений Абдуллаев: «В Узбекистане “брежневизация” ощущается очень сильно, со всеми ее плюсами и минусами. Плюс этого процесса - это стабильность. Ситуация в Узбекистане в этом смысле стабильна. Каримов справился с ситуацией политических фрустраций начала 90-х годов, он справился с экстремистскими событиями, с событиями в Андижане. Но режим сохраняется, режим сам себя воспроизводит – это стабильность режима со скучными выборами. В Узбекистане грядут парламентские выборы, и я не ожидаю от них никаких неожиданностей. Минусы тоже очевидны. Высокая степень коррупционности, слишком сильные силовые структуры, которые создают потенциал внутри системы. Все это создает угрозу извне. Помним, что было в начале 80-х годов, когда физический уход первого лица породил совершенно неожиданный эффект. Тот же риск сохраняется и в Узбекистане. Насколько при таком сценарии силы смогут договориться, неизвестно. Все может быть».
Профессор Таджикского университета права, бизнеса и политики Абдухолик Холики: «Согласно Конституции, Таджикистан – страна демократическая, но на деле все не совсем так. У нас легально функционируют восемь партий, из них три состоят в парламенте, две из них считают себя оппозиционными. Экономическая программа Исламской партии Таджикистана сильно отличается от других программ. Специфическая особенность Таджикистана в том, что в управлении государством принимает участие партия исламского толка. К факторам дестабилизации режима я бы отнес коррупцию, наркотрафик из Афганистана, само государство Афганистан, культ личности президента, геополитическое давление со стороны мощных государств. Нам надо решать демографическую проблему и миграционную политику, и правительство к этому идет».
В целом, во всех странах Центральной Азии сложилась ситуация, в которой большинство факторов, способных повлиять на трансформацию политического режима, оценивается экспертами как имеющие среднюю значимость (4-6 баллов из 10).
Возможные изменения во внешней политике стран региона, а также в их политике в сфере экономики связываются экспертами не с собственно политическим режимом, а с некоторыми структурными факторами, которые имеют долгосрочное влияние – особенностями геополитического положения, экономическими закономерностями.
