|
|
С ужесточением законодательства о реализации алкогольной продукции в первую очередь пострадает малый бизнес в лице магазинов «у дома», а продажа алкоголя перейдет в формат «из-под полы». 28 июня в Клубе Института политических решений (КИПР) обсуждали так называемый «закон 40 метров» – инициативу Министерства финансов по созданию в магазинах специальных площадей для реализации спиртного. Обсуждали, по обыкновению, без инициаторов.
|
«Торговля алкогольной продукцией: парадоксы государственного регулирования» |
Ерлан СМАЙЛОВ, модератор:
Мы взяли эту тему не случайно: казалось бы, речь идет только об обороте алкогольной продукции, но на самом деле, если смотреть глубже, законопроект может негативно воздействовать на сектор МСБ, на формат магазинов «у дома», может также сказаться и на производителях продуктов. Хотелось бы отметить, что мы приглашали представителей государственных органов – Налогового комитета, Министерства финансов. Сначала их реакция на мероприятие была позитивная, они готовы были участвовать, но буквально через несколько часов мнение поменялось диаметрально. Прислали письмо за подписью заместителя председателя Налогового комитета МФ Ануара Джумадильдаева следующего содержания:
«Налоговый комитет Министерства РК, во исполнение поручения Вице-министра финансов РК Р. Даленова на письмо, сообщает следующее. Законопроекты в области государственного регулирования производства и оборота этилового спирта и алкогольной продукции разрабатывались при непосредственном участии отраслевых ассоциаций бизнес сообщества («КазАлко», «Союз виноделов Казахстана», «Союз пивоваров», «АлкоИмпорт»), Национальной экономической палаты «Союз «Атамекен», руководителей предприятий по производству спирта и алкогольной продукции, направлялись для предложений акиматам областей, г.г. Астана и Алматы, областным партийным организациям «Нур Отан». Также изучался и использовался мировой опыт. По законопроектам проведены научная правовая, экономическая и антикоррупционная экспертизы, он одобрен Экспертным советом по вопросам предпринимательства Министерства финансов Республики Казахстан и согласован без замечаний с заинтересованными государственными органами. Вместе с тем, в настоящее время законопроекты пересогласовываются с некоторыми государственными органами с связи с переназначением первых руководителей. В этой связи комментировать проекты указанных законов, полагаем, нецелесообразно, а рассмотреть данный вопрос после внесения их в Парламент Республики Казахстан».
Талгат ЕРГАЛИЕВ, аналитик:
Есть такое выражение: «Благими намерениями вымощена дорога в ад». Это можно отнести к госполитике и госрегулированию в Казахстане. Под благими намерениями часто скрывается желание использовать международный опыт. Не всегда понятны причины, по которым нужно его использовать, но это устойчивый тренд. На примере розничной торговли: где-то предлагалось перейти на уровень Восточной Европы: в торговле алкоголем сформировать что-то вроде американских Drug Stores. При этом часто забывают о важных участниках торговли – магазинах пошаговой доступности, или магазинах «у дома», а они в Казахстане – один из основных сегментов малого предпринимательства.
Существует законопроект о госрегулировании производства и оборота этилового спирта и алкогольной продукции, в который сейчас вводятся нововведения. В частности, мы будем рассматривать положение о спецмагазинах или спецотделах площадью 40 м2 в городах. В числе сторон, которые пострадают от этого закона, – малый бизнес в лице магазинов «у дома», производители продовольственных продуктов, в том числе первой необходимости, и алкогольной продукции.
Откуда взялась цифра – 40 м2? Магазины «у дома» исторически формировались за счет выкупа 1-2-х комнатных квартир на первых этажах, а средняя жилплощадь 1-комнатных квартир в городах составляет всего 31 м2; 2-комнатных – 47 м2. Таким образом, в законопроекте установлен норматив, фактически превышающий сегодняшние возможности малого бизнеса. Понятно, что ради достижения параметра 40 м2 мало кто будет докупать недостающую площадь.
В прошлом году в Казахстане впервые была принята отраслевая Программа по развитию торговли, в которой уже были заданы форматы, соответствующие международным стандартам: категория A – магазины с торговой площадью более 100 м2, категория B (от 50 до 100 м2), категория C (менее 50 м2), киоски и др.
Долю категории А хотели довести до 50% от розничного товарооборота. В 2009 году она составила 16% (по сравнению с 40-60% в Центральной и Восточной Европе), то есть магазины категории «А» не доминируют на рынке. Также слаб уровень консолидации продовольственно-розничной торговли – не более 5%. У нас нет ни одной торговой сети, имеющей магазины во всех областных центрах страны или за границей. Изначально сетевая розница поднималась благодаря иностранцам (турецкие компании), либо среднему бизнесу, вышедшему из торговли дистрибуции FMCG. По данным исследовательской компании «Damu Research Group», в Казахстане самым многочисленным торговым форматом остаются магазины категории С, то есть магазины «у дома».
Можно сделать вывод, что отказ от продажи алкогольной продукцией может уменьшить товарооборот магазинов «у дома» на 20-30%.
Основная форма бизнеса «магазинов у дома» – это индивидуальный предприниматель. Было посчитано, сколько людей в виде предпринимателей и их работников, а также в семейном бизнесе может прямо или косвенно пострадать от данных нововведений. В итоге получились две большие цифры: более 700 тысяч человек и почти миллион.
Также косвенно могут пострадать производители продуктов первой необходимости. С учетом доли магазинов «у дома» в общей рознице (47%), оценочно в 2009 году торговля товарами первой необходимости через них составила: хлеб и мучные кондитерские изделия – 35 млрд. тенге, молочные продукты и яйца – 45,6 млрд, сахар – 17,8 млрд.
На самом деле эффект не будет одномоментным, так как в краткосрочном периоде товары первой необходимости выиграют от того, что освободятся места в магазинах за счет сокращения алкогольной продукции. Нужно понимать экономику этого бизнеса, когда магазин «у дома» может быть местом, где можно купить хлеб и молоко, но при этом он будет зарабатывать на сигаретах и напитках. Таким образом, сигареты и напитки, не являясь товарами первой необходимости, способствуют существованию места реализации товаров первой необходимости.
Актуальны вопросы: будет ли переходный период на приведение магазинов в соответствие с требованиями? как и кем будет осуществляться постоянный мониторинг 20 тыс. магазинов? не вызовет ли отсутствие четких механизмов исполнения закона рост теневого оборота алкогольной продукции?
Следует сделать вывод, что у нас давно существует много различных отраслевых общественных организаций в бизнесе. Многие успешно работают, созданы экспертные советы и прочие площадки для обсуждения. Однако слабым звеном остается экономическая экспертиза нормативно-правовых актов, поскольку у нас она в основном ограничивается правовой экспертизой, также экспертизой необходимости выделения бюджетных средств и их объема. То есть не просчитываются социально-экономические последствия законопроектов для заинтересованных сторон. Одним из таких известных в мире инструментов является анализ регуляторного воздействия (АРВ), о котором много говорят, но широко не используют. В рамках этого законопроекта можно было бы заинтересованным общественным организациям от бизнеса провести АРВ или его аналог, посчитать, чтобы была доказательная база, отстаивать свои права.
Ерлан СМАЙЛОВ, модератор:
Поправки в закон предусматривают обязательное создание в магазинах формата «у дома» спецотделов для торговли алкогольной продукции площадью не менее 40 м2 по Алматы, и если смотреть по областям, районным центрам – 20 м2, в сельских населенных пунктах – 10 м2. Маленькому магазину достаточно сложно сделать специальный отдел, с другой стороны, здоровье нации, безусловно, важный вопрос, но добиваться этого путем ужесточения законодательства нельзя, сокращение доли этих магазинов ударит по производителям молока, хлебобулочных и прочих изделий, по самому малому бизнесу, производителям, которые сегодня итак с трудом существуют и развиваются.
Юрий ХРАМЦОВ, экономист:
Официальными лицами никаких экономических обоснований к введению этих мер не приводилось. Соответственно невозможно понять, какие цели преследуются этим законопроектом. Если цель – прекращение употребление алкоголя, то она достижима увеличением косвенных налогов или повышением акцизов. Если цель иная, тогда многое можно объяснить. Например, те же крупные магазины и сети, не являясь сегодня доминирующими в Казахстане, могут быть заинтересованы в том, чтобы основная реализация проводилась именно через них. Это уменьшение конкуренции со стороны реализаторов. Соответственно, реализаторы получат больше возможности для увеличения своей маржи. Осознаются ли последствия этих действий? Не противоречат ли такие действия декларируемым шагам к увеличению конкуренции, конкурентоспособности МСБ в Казахстане?
Бексултан МЕИРБЕКОВ, исполнительный директор Союза пивоваров Казахстана:
История законопроекта берет свое начало с 2006 года – с поручения президента навести порядок на рынке алкогольной продукции. В связи с этим наши госорганы разработали три предложения. Первое – национализировать отрасль в целом, включая реализацию. Второе – частично национализировать предприятия, производящие алкоголь, реализацию оставить в конкурентной среде. Третье – ужесточить действующее законодательство. Поскольку первые два предложения минфина были, мягко говоря, нереальными, правительство остановилось на третьем. Если брать концепцию законопроекта, то аргументы – это пребывание порядка 70% производства крепкого алкоголя в «тени», неуплата акцизов в бюджет. То есть существующие механизмы в регулировании отрасли не работают, необходимо законопроект ужесточить. Если брать историю текстов законопроектов с 2007 года, то они постоянно менялись, окончательный текст законопроекта появился лишь осенью прошлого года. В частности, для пива никаких мер сначала не предлагалось, в основном, ужесточение касалось контроля над производством. Потом появились нормы, ограничивающие реализацию и т.д.
Получается, что, сократив игроков, рознично реализующих алкоголь, пытаются отследить, откуда приходит продукция и т.д. Логика такая: чем меньше будет магазинов, тем легче будет за ними следить и знать, откуда они получили алкоголь и т.д.
Если брать нашу отрасль (пивоваренная), мы на протяжении трех лет неоднократно приводили много доводов того, что наша отрасль прозрачная. К сожалению, разработчики не делают разницы между видами алкоголя, для них есть алкоголь и все.
Индира ИЗТЕЛЕУОВА, директор по корпоративным вопросам ТОО «Carlsberg Kazakhstan»:
Существует определенная международная практика, опыт регулирования тех или иных направлений алкогольной отрасли. Здесь простым запретом и ужесточением вопрос о здоровье нации не решить. Всемирная организация здравоохранения рекомендует правительству решать это за счет регулирования акциза на алкоголь в зависимости от содержания спирта. То есть, слабоалкогольные должны получать акциз меньше, крепкоалкогольные – больше. Это соблюдается во многих странах. В Казахстане, к сожалению, несколько странная ситуация: у нас акциз на пиво выше, чем акциз на водку. Таким образом, трудно следовать требованиям ВОЗ о том, что, в первую очередь, надо снижать потребление алкоголя за счет переключения людей с сильного алкоголя на слабый. Мы пытаемся объяснить нашу позицию, но чаще всего нас не слышат.
Марал ЖАКУПОВА, национальный координатор по профилактике наркомании, алкоголя и табака Национального центра проблем формирования здорового образа жизни:
Мы за культуру пития, а не за запреты. Вы говорили о пострадавших производителях, магазинах, а как же пострадавшее население? Мы знаем, что 50% всех ДТП происходят по вине потребления алкоголя. Мы не говорим о том, что надо полностью убрать все магазины, мы говорим только о спиртных напитках. По данным Республиканского научно-практического центра медико-социальных проблем наркомании, сегодня показатель алкоголя – 301,3 на 100 тысяч населения, то есть наши показатели растут. Все законодательно-нормативные базы, которые мы пытаемся изменить, во благо населения. В октябре 2010 года мы устраивали общественные слушания, куда приглашали Союз пивоваров, но к нам мало кто пришел.
Ерлан СМАЙЛОВ, модератор:
С одной стороны, это продиктовано заботой о здоровье нации, это одна из ключевых ценностей. Но, если вы говорите о ДТП по вине выпившего человека, то этот законопроект его не остановит, понимаете? Но он может опосредованно повлиять на положение 950 тыс. человек, которые могут остаться без средств к существованию. Здесь есть владельцы магазинов, есть производители слабоалкогольных напитков, у которых я хочу спросить: если закон будет принят в предлагаемой редакции, то насколько у вас снизится доход, возможно, сократится производство, число рабочих и т.д.? Могут ли быть такие негативные последствия, или мы преувеличиваем их? И еще, если действительно стоит вопрос о здоровье, почему у нас нет в шаговой доступности фитнес-клубов, пусть не элитных? Где спортивные секции? Понятно, что дорого их строить – легче взять и «нагнуть» магазины или производителей.
Марина БОНДАРЕНКО, владелец магазина:
У меня есть магазин при доме – он один в округе, в радиусе нескольких километров других магазинов нет. Нам сейчас разрешено торговать спиртными напитками до десяти вечера. Перед закрытием магазина часов в восемь бабушка, которая раньше торговала самогонкой и китайским спиртом, берет у меня дешевую водку и продает ее ночью всем, кто захотел выпить. Понимаете, она на этом «наваривается»: накинет свои сто тенге и продает ночью. Вот и вся разница. Что хотят сделать? Зачем хотят забрать доход у наших магазинов? Это приведет только к тому, что опять возобновится подпольная реализация спиртных напитков. Не будет спирта, не будет самогонки, это я вам говорю однозначно, но дешевая водка будет продаваться бабушками, которые возле дома будут торговать ими. И опять коррупция та же самая будет.
Бексултан МЕИРБЕКОВ, исполнительный директор Союза пивоваров Казахстана:
Мы как добросовестные производители пива всегда поддерживаем любые инициативы и готовы сотрудничать, в особенности с НЦПФЗОЖ. Просто есть популистские методы, простые, но не решающие проблем в корне.
Существующее регулирование потребления алкоголя достаточно жесткое. Кодексом об административной ответственности у нас запрещено, во-первых, распивать алкогольные напитки на улице; во-вторых, категорически запрещена реализация алкоголя лицам моложе 21 года. В-третьих, есть и уголовная ответственность за совершение ДТП в состоянии алкогольного, наркотического опьянения и т.д. Если бы мы жили в Европе, будь правовое сознание у наших граждан таким же, как в Европе, возможно, это имело бы смысл. Но, уменьшая доступность алкоголя путем искусственного сокращения мест его реализации, как правильно сказала владелец магазина, мы резко увеличиваем количество нелегальной реализации алкоголя. А нелегальный алкоголь – это не сертифицированный товар, а следовательно, увеличение количества отравлений и т.п. То, что нелегально, невозможно контролировать.
Мы ни в коем случае не за то, чтобы люди больше или меньше пили. Я за то, чтобы не связывать два понятия: доступность алкоголя и алкоголизацию населения. Алкоголизация населения – это социальная проблема и она не решается вопросами ограничения доступности.
Евгений БЕССОНОВ, член Совета Форума предпринимателей Казахстана:
Важно понять, кто лоббист: производители, распространители или все-таки Налоговый комитет. Налоговый комитет должна интересовать легализация теневого бизнеса и поступление налогов. Квадратные метры это не решают, это решает кассовый аппарат, наличие которого должно быть обязательным условием. Сплошь и рядом в маленьких магазинах их нет. Второе: налоговики, которых здесь, к сожалению, нет, наверно знают пофамильно всех производителей алкоголя, тем более крепкого, а может быть и являются его владельцами. Третий вопрос, очень важный: у нас сами госорганы нарушают законы. В данном случае налоговики нарушают два основополагающих закона – Конституцию в части равенства прав всех граждан (почему один может иметь 10 метров, а другой 40?) и Налоговый кодекс, который един на всей территории, а потому деление на 10 и 40 м2 – это уже нарушение его принципов. Это принципиальный вопрос.
Бексултан МЕИРБЕКОВ, исполнительный директор Союза пивоваров Казахстана:
Когда мы были в рабочей группе, Союз пивоваров предложил законодательно закрепить обязательное требование предъявлять удостоверение личности при продаже алкоголя. Налоговый комитет нам ответил: «Зачем? И так же видно: человеку больше 21 года или нет. Если возникнут сомнения, только тогда надо проверять». Я предложил не делать таких «вилок»: продаешь алкоголь – требуй удостоверение. Но Налоговый комитет ответил, что не надо.
Марат ШИБУТОВ, представитель Ассоциации приграничного сотрудничества:
Здесь сказали про Конституцию. Получается, у нас в 18 лет человек является полноправным гражданином, выбирать президента может, выбирать парламент может, жениться может, умереть за Родину может, даже убить может, а пиво купить не может? Получается, по Конституции у нас от 18-21 лет – группа граждан, пораженных в правах. У нас есть обманутые дольщики, ипотечники. Нас, налогоплательщиков, никто не спросил, почему мы должны их коммерческие риски покрывать собственными деньгами из бюджета? Их взяли и вбухали – 20 миллиардов, по-моему, дали этой группе населения. Когда вернутся эти деньги, черт его знает. А выходит, те, кто производит или продает алкоголь, – это граждане, пораженные в правах. Им и зарабатывать нельзя давать, так получается? Вот эта логика конституционная мне очень не нравится. Это прямое нарушение Конституции. И не забывайте еще, что ужесточение правил в отношении маленьких магазинчиков идет в Алматы, да и по всему Казахстану, одновременно с закрытием больших оптовых рынков. У нас 34 рынка закрывают. Вот спасибо! Получается, закрыли рынки, закрыли маленькие магазинчики – и что эти люди будут в Алматы делать? Это социально-политический вопрос. Власти, чтобы удержаться, надо дать народу хлеба и зрелищ. Хлеб отнимают, зрелищ и так нет – и что остается? Это большой политический вопрос. Особенно, допустим, для дачных поселков, для поселков с населением меньше 1000 человек, где всегда по одному магазину.
Юрий ХРАМЦОВ, экономист:
Вопрос владельцам магазинов: каков у вас процент выручки от реализации алкогольной продукции, и процент прибыли?
Марина БОНДАРЕНКО, владелец магазина:
30% прибыли от общего дохода.
Марал ЖАКУПОВА, национальный координатор по профилактике наркомании, алкоголя и табака Национального центра проблем формирования здорового образа жизни:
У нас стоит проблема алкоголизации населения. И самым неблагоприятным, к сожалению, является Алматы.
Бексултан МЕИРБЕКОВ, исполнительный директор Союза пивоваров Казахстана:
У нас 16 млн жителей, из них 49 тыс. зарегистрированных алкоголиков. Если брать по статистике, насколько это угрожающая цифра?
Если позволите, я хотел бы привести аналогию. Никто не обвиняет производителей автомобилей за то, что на их машинах люди разбиваются – есть особый ряд требований к вождению автомобиля. У нас есть точно такой же особый ряд требований к употреблению алкоголя. Так почему мы, производители, страдаем от того, что у нас в государстве отсутствует нормальная социальная политика? Этот вопрос решают за счет нас.
Рудик МНАЦАКАНЯН, генеральный директор винзавода «Дионис»:
Я один из старейших виноделов нашей республики, работаю в этой отрасли 48 лет. И я алкоголиком не стал, хотя я каждый день пью. Ваши данные совершенно не соответствуют действительности. И почему мы должны бороться с ночными алкоголиками? Есть те, кто с этим должен бороться. Во-вторых, рестораны, кафе работают чуть ли не до утра. Так если алкашу нужна будет водка, он пойдет в ресторан и купит ее.
Обсуждали вопрос об удалении на 100 метров от школ. Какая разница 16-17-летнему мальчику, если он пойдет на 101-й метр? Разница где?
Люди все равно будут покупать алкоголь.
|
Александр РУЗАНОВ, президент ТОО «BRIF Research Group»: Я не считаю, что запреты вредят. В какой-то разумной мере они оправданы и нужны. |
Петр СВОИК, член политсовета ОСДП «АЗАТ»:
Коль скоро вся законодательная новация сводится всего лишь к регламентации торговых площадей, то, по определению, этот законопроект никак не касается таких правильных постановок задач, как повышение культуры питья, переориентация с крепких алкогольных напитков на слабые и т.д. И такая героическая попытка НЦПФЗОЖ защитить этот законопроект только лишний раз показывает, что 40 м2 тут совершенно не причем. Это идиотское решение, потому что цели, которые предположительно ставили разработчики этого законопроекта – а именно упростить работу фискалов или пролоббировать интересы крупных магазинов в противовес мелким магазинам – они тоже недостижимы. Реально все останется как есть. Т.е. если в производстве есть определенный поток – качественный или некачественный, серый или легальный – он и сохранится. И как тут уже было правильно сказано: сколько пили, столько и будут пить, сколько производили, столько и будут производить – примерно в тех же пропорциях. Т.е. мы имеем тут случай просто явного непрофессионализма тех, кто принимает этот закон. Они просто не понимают вопроса, не разбираются в нем. Как их поправить? Вот тут должен сказать упрек в адрес предпринимателей. Поправлять на самом деле можно только политически. В нормальной стране все такие вещи должны транслироваться через политические институты, через партии, представленные в парламенте, чтобы там наконец-то вся эта аргументация звучала. У нас есть Союз промышленников и предпринимателей, у нас есть Ассоциация предпринимателей, но они по определению – младшие братья власти, они должны заглядывать в глаза власти, а если и будут бузить и дерзить, то только как дети перед родителями, ни в коем случае не проявлять нелояльности.
Но я вас должен успокоить и обрадовать. Из этого законопроекта ничего не получится, потому что это примерно тот же случай, как и с «праворульками». Кто там хотел пролоббировать интересы автодилеров, какой чиновный ум хотел запретить праворульки? Неосторожно задели интересы слишком большого круга субъектов бизнеса и потребителей. Настолько глупо затронули, что это, пожалуй, единственный случай в Казахстане, когда встречное общественное движение, почти политизированное, настолько сильно сработало, что власть просто спрятала все свои намерения. Здесь будет совершенно то же самое. Т.е. если даже сдуру этот закон и примут, то через некоторое время от него откажутся, и он не будет работать.
Андрей ГАНЖА, генеральный директор АО «Голд Продукт»:
Представители Союза пивоваров отметили, что появление этого законопроекта – компромиссное решение, т.е. было желание национализировать алкогольную продукцию. А что будет делать Налоговый комитет? Фискальные органы? Это тысячи работников! И они придумали такой ход, что не нужно национализировать, а давайте мы сейчас ужесточим, и это ужесточение было абсолютно бессистемное.
Из самих формулировок в этом законе следует, что производить натуральные вина невозможно. Формулировка определения конечного спирта тоже абсолютно безграмотная. Что происходит? У нас разработка нормативной документации в алкогольной отрасли отстает примерно на 5-7 лет от жизни. Беда в том, что поправки в этот закон живут своей жизнью, они уже пришли в Союз виноделов с научно-правовой экспертизой, которая рекомендовала Мажилису рассмотреть и принять этот закон. Хотя на него был уже и мораторий, и он был отложен в связи с тем, что сейчас разрабатывается технический регламент Таможенного союза. Законопроект должен быть гармонизирован, он не может сам по себе существовать. И технический регламент ТС и ГОСТ РК сейчас в разработке, а этот проект закона противоречит и тому, и другому. Поправки к закону в данной редакции не могут быть приняты, это просто диверсия против отрасли.
Бексултан МЕИРБЕКОВ, исполнительный директор Союза пивоваров Казахстана:
Сейчас здесь звучит 40 м2 – это требование только к торговому залу. Если взять выдержку из квалификационных требований к рознице, спецмагазин должен иметь не только торговый зал, но еще и помещение для приемки и подготовки алкогольной продукции, помещение для хранения исключительно алкогольной продукции, вспомогательное помещение, помещение для хранения тары и контейнеров для приема посуды, административно-бытовое помещение, технические участки. Т.е. к этим 40 м2 как минимум надо прибавлять еще 20 м2.
Андрей ГАНЖА, генеральный директор АО «Голд Продукт»:
Вряд ли произойдет изменение общего потребления алкогольной продукции. Возможно, будет временный спад, когда появятся неудобства. Это мы уже проходили – и с введением акцизной марки, и с введением цветных накладных, которые должны были в день приемки сдавать. Потом те, кто не сможет справиться с требованиями закона, уйдут в «тень», а количество останется прежнее. Что касается реализации неалкогольной продукции, вот тут возникнут проблемы, потому что мелким предпринимателям нет смысла ей заниматься.
Тимур АЙСАУТОВ, директор Агентства маркетинговых и социологических исследований «Damu Researh Group»:
Производители, к примеру, Андрей Ганжа, Рудик Мнацаканян, говорят о том, что это ограничение не скажется непосредственно на объемах производства. В презентации было сказано, что это ударит по производителям – мне кажется, эта позиция не совсем обоснована, потому что конкуренция на рынке ритейла сегодня достаточно развита, и те объемы, которые не пошли через мелкие точки, в любом случае дойдут до потребителя. Эксперты правильно говорят, что объемы потребления не упадут. Другое дело, что наверняка это дополнительная возможность для тех же налоговиков приходить к владельцу магазина и зарабатывать на этом дополнительные деньги.
Андрей ГАНЖА, генеральный директор АО «Голд Продукт»:
В законе, кроме этой нормы по реализации, содержится еще 20 норм, ужесточающих администрирование производителя, так что он пострадает по другой причине.
Кымбат АХМЕДЧАНОВА, юрист ОЮЛ «Ассоциация добросовестных импортеров алкогольной продукции РК «АлкоИмпорт»:
Правильно отметили: у нас не работает система, сам процесс принятия нормативных актов. Разработчик – Налоговый комитет. Мы с 2008 года участвуем в разработке этого законопроекта, как и Союз пивоваров и другие, присутствовали на совещаниях в минфине. Сколько мы не пишем с 2008 года (я насчитала порядка 500 писем, которые мы в минфин написали) – либо получаем отписки, либо это не принимается. Вы говорите, бизнес молчит – это просто государство не слышит бизнес! По закону о частном предпринимательстве все профилирующие госорганы обязаны иметь экспертные советы – есть маленькая ссылочка, как проходит аккредитация. А она проходит только тогда, когда профилирующий госорган решит, что ему недостаточно членов в экспертном совете. Если пропустил размещение информации об этом – ждите до следующего раза, когда минфин решит, что им не хватает членов. И как бизнесу достучаться?
Получается, нас не слышат, даже когда мы аккредитованы, участвуем в экспертном совете – они обязаны давать нам на согласование все законопроекты, эти проекты законов проходят через всех членов экспертного совета, мы пишем замечания, но это просто прикладывается к законопроекту.
Бексултан МЕИРБЕКОВ, исполнительный директор Союза пивоваров Казахстана:
Здесь присутствует представитель НЭП «Атамекен», я несколько раз встречался с Азатом Перуашевым – «Атамекен» не давал еще официального согласия на этот законопроект! Откуда у Налогового комитета такие данные?
|
Светлана ИДРИСОВА, директор алматинского филиала НЭПК «Союз «Атамекен»: То, что нас не слышат – это стопроцентно! Азат Турлыбекович и в Парламенте, и везде выступает – абсолютно не слышат! Этот законопроект с нами не согласован, наши возражения не приняты. На примере этого законопроекта мы видим, что не слышат даже такое большое объединение, как «Союз «Атамекен». |
Алмат АХМЕТОВ, вице-президент по финансам АО «Caspian Beverage Holding»:
Я считаю, что нововведения все-таки будут на нас влиять как на производителей. Возможно, рынок сам сгладит все моменты распределения товара, но сколько времени это займет? У нас у всех есть обязательства: надо отвечать перед банками – выдержим мы это или нет? При всем при этом капиталовложения в пивной бизнес достаточно высокие – наша компания потратила порядка 15-20 млн евро за последние 7-8 лет. Если бы я знал, что такие изменения будут изначально, когда принимал решение, я бы не входил в этот бизнес. Зачем входить в бизнес, где такие высокие риски? Для чего это нужно было? Где принцип справедливости? Почему изменения производятся сейчас, когда мы уже приняли решение об этих капиталовложениях? Где по ним гарантии? И где гарантии, что сегодня это коснулось нас как отрасль и не коснется завтра какой-то другой отрасли? Где гарантии наших инвестиций? Да, здоровый образ жизни и т.д. – это хорошо, мы не против, но при этом года два назад были данные ООН: мы занимали 100-е место по потреблению алкоголя. А недавно я читал, что по детскому суициду мы занимаем второе или третье место. Я не говорю, что не надо бороться с алкоголизмом, просто хочу обратить внимание на то, что ведь есть проблемы намного более явные. Почему не работаем в этом направлении?
Евгений БЕССОНОВ, член Совета Форума предпринимателей Казахстана:
Это в технологии власти называется разводить по-крупному на мелких вопросах. Создай тысячи рабочих групп и экспертных советов – деньги потратят, полжизни потратят, вроде как люди заняты. На самом деле принципиальный вопрос в том, что сказали импортеры: это центры и механизмы принятия решений. Форум предпринимателей уже 13 лет крутится как белка в колесе – по шестому, по седьмому кругу. С каждым новым премьером мы высылаем свои предложения, они все кладутся в ящик и т.д.
Есть конкретные предложения по механизмам:
Первое. Нам не нужны никакие прокладки, никакие посредники. Так же, как с богом, хочу общаться напрямую. Надо реорганизовать Комитет по экономике и региональному развитию в Мажилисе, добавив вопросы предпринимательства. Чтобы мы не обращались ни в экспертные советы, ни в министерства, ни в правительство, а напрямую могли заслать предложения через Комитет в Парламент.
Второе. Чтобы право законодательной инициативы было у партий, общественных движений или хотя бы маслихатов. Сегодня маслихат ничего не может сделать. Показывает наверх, закатывает глаза. И у партий нет такого права.
Третье. Механизмы и по формам и по срокам, по порядкам разработки – все это упирается в закон о нормативно-правовых актах.
Четвертое. Безусловно, должна быть общественная площадка. На мой взгляд, вопрос решило бы общественное ТВ и бизнес-ТВ, как российский РБК – с хорошей подготовкой, аналитикой и дискуссионной площадкой. Это был бы выход на более широкую аудиторию и географию – до регионов.
Пятое. В 2005 году вышло великолепное постановление правительства о программе борьбы с теневой экономикой. Мы отреагировали немедленно: Форум предпринимателей выпустил свою программу ода. К сожалению, это постановление прошло незаметно, не было никакой реакции. Теневой бизнес, контрабанда – один из важных вопросов.
Наиболее важно, на мой взгляд – показать, что этот механизм не работает, законопроект глупый, никакого обоснования в нем нет. И эксперты, и журналисты, и специалисты, и производители, мы должны относиться к этому как к глупости. Комментарии, в том числе в прессе, должны быть, что это глупость. Вопрос в качестве подготовки документов и механизме их принятия. На мой взгляд, 40 м2 и вообще квадратные метры не имеют отношения ни к здоровью, ни к налогам, ни к теневому бизнесу, ни к ДТП, ни к культуре пития. К тому же, это противоречит самому Налоговому кодексу.
Индира ИЗТЕЛЕУОВА, директор по корпоративным вопросам ТОО «Carlsberg Kazakhstan»:
Мы говорили сегодня о магазинах малого формата, о влиянии на МСБ. Хочу добавить: подобные законы, подобные изменения в законодательстве, как правило, будут ухудшать инвестиционный климат страны. Потому что иностранный бизнес приходит и сталкивается здесь с тем, что появляются риски. Когда бизнес глобально думает, находиться ли в стране и в каком формате, подобные изменения, отсутствие механизма диалога с бизнесом, когда не слышат отраслевые организации, это все в конечном счете будет влиять на инвестиционный климат самого Казахстана в глазах иностранных инвесторов.
Бахыт ТУМЕНОВА, президент ОФ «Аман-Саулык»:
Согласна с г-ном Бессоновым – это действительно глупость. Мне кажется, это просто видимость какого-то действия. Больше за этим я совершенно ничего не вижу. Реплика в адрес Марал (НЦПФЗОЖ): я понимаю ваши благие намерения и что вы боретесь за формирование ЗОЖ. Здесь есть опасная такая вещь, что те люди, которые этот законопроект выпустили, могут попытаться использовать вас, ваши благие намерения. Этот метраж никак не скажется на том, чтобы уменьшить потребление алкоголя. Если вы глубоко в это не вникнете, могут это использовать и завтра на общественной волне – шум, гам – мы просто с водой выплеснем и ребенка. Это такого рода предостережение. Здесь правильно говорили, что борьба с алкоголизмом должна лежать в несколько другой плоскости.
Петр СВОИК, член политсовета ОСДП «АЗАТ»:
Устройство политической системы и государственной власти – это тоже технология, как пивоварение или нефтепереработка. Можно ее осуществлять на высоком современном эффективном уровне, а можно примитивно. То, что мы в нашей нефтяной стране не можем обеспечивать себя качественным ГСМ, – это полная аналогия устройства государственной власти. Она у нас, мягко говоря, не современна. Поэтому, не ругая каких-то людей, что можно сделать в стране, какие системные преобразования нужны? Современная технология в политике всем достаточно известна и элементарна. В основе лежит представительная власть, на уровне городов и поселков это местное самоуправление, в центре – парламент, который на многопартийном коалиционном уровне формирует правительство, ответственное перед этой представительной властью. Глава государства, если и есть, а есть он не везде, занимается многими важными делами, но он не лезет в экономику. Это принципиально. Экономикой должны заниматься представительная власть и назначенное ею правительство. Соответственно, партии должны быть не некой самодеятельной инициативой, это должен быть системный элемент, который надо построить, в который надо вложить финансовый, административный и законодательный ресурс. Оставлять политическую среду на самовозрастание, тем более пропалывать ее с помощью КНБ и других органов – неправильно, антитехнологично, неэффективно. В результате мы имеем такие глупости, как в случае с этим законопроектом. Конечно, надо предлагать стране выстроить не снизу, а сверху современную цивилизованную многопартийную систему. Вплоть до того, что решать, какие партии должны быть, хоть это и немного парадоксально, надо вообще заранее запланировать. И целенаправленно способствовать, чтобы такие партии существовали. Кстати, чиновничество, бюджетники ни в коем случае не должны быть в партиях. Они должны работать на своих должностях. Государство должно быть равноудалено от партий, а партии должны быть государствообразующим костяком, структурой. Вот какую программу форсированного индустриально-инновационного обновления государственного устройства надо бы принять в Казахстане. Тогда и нынешняя ФИИР пойдет, тогда и таких глупостей, как с этими торговыми площадями, будет поменьше.
Бексултан МЕИРБЕКОВ, исполнительный директор Союза пивоваров Казахстана:
На самом деле разработчики никогда не руководствовались здоровьем нации. Если вы почитаете концепцию законопроекта, там ничего об этом не говорится в принципе. Речь идет только о том, что это высокодоходный криминализированный бизнес. Во-вторых, что касается правительства, хочу все-таки отдать ему должное в том плане, что разработчиками законопроект три раза направлялся в правительство, и премьер-министр на своих заседаниях три раза его возвращал на доработку. С репликой «доработать с предпринимателями». Просто проблема в том, что разработчики как люди, которые выпестовали этот законопроект, возможно, не хотят видеть в нем изъянов. А ЗОЖ, прошу прощения, – это знамя, под которым пытаются протащить эти поправки. А НЦПФЗОЖ может просто остаться без рычагов воздействия – скажут, приняли же законопроект!
Арман МОЛДАХМЕТОВ, независимый эксперт:
У нас есть пять ключевых негативных моментов – коррупция, монопольная экономика, слабый фондовый рынок, очень большой чиновничий аппарат, который тормозит многие вещи, и слабое гражданское общество.
Наверное, в обществе нужно менять отношение к производителям алкоголя. А оно в общем негативное – не только у фискалов, но и в гражданском обществе.
Так как мы вошли в ТС, наверное, есть большие возможности, чтобы все это можно было продавать. Надо смотреть. Понятно, что есть законодательные моменты, но возможности есть.
Что касается фискальной ситуации в Казахстане – понятно, что Нацбанк между двумя маржинальными точками – либо инфляция, либо девальвация. На мой взгляд, правильно было бы, если в стране была бы проведена девальвация тенге по отношению к доллару. Потому что инфляцию мы каждый день ощущаем по своему карману – это не очень приятно. И у инфляции в Казахстане монетарная составляющая достаточно большая. Так как наши представительные органы – мажилис, маслихаты – очень слабые, про исполнительную власть не очень хотелось бы плохо говорить, но в инфляции их поборы, наверное, – тоже немалая составляющая. МСБ у нас тоже немного в «тени». Думаю, он живет и будет жить, как жил эти 20 лет.
Растет доля мусульман, однако, думаю, потребление алкоголя так и будет оставаться.
Согласен с Ассоциацией импортеров – существует огромная пропасть в общении между государством и бизнесом. К сожалению, различные формы представления интересов бизнеса пока не работают.
По практике: в 2009 году, когда правительство делало предложение об увеличении налогов для производителей табачной продукции, тоже был большой шум. Но прошло два года, магазины так же работают, так же покупают сигареты. Думаю, несмотря на все нормы, которые разрабатываются в проекте, все так же и останется. К сожалению, очень много парадоксов в государственном регулировании, и большое спасибо Институту политических решений, что они позволяют всех здесь собрать, высказать. И еще: сегодня день СМИ, поэтому хочу отметить, что роль журналистов очень велика в том, чтобы быть услышанными.
Бексултан МЕИРБЕКОВ, исполнительный директор Союза пивоваров Казахстана:
Если говорить о ТС, я бы отметил немаловажную вещь: в РФ наша продукция – пиво – вообще никак не регулируется. И только лишь сейчас идут разговоры о том, чтобы внести пиво в разряд алкогольной продукции, и то – от пяти градусов и выше. До пяти градусов у них пиво продается как обычный напиток. Если мы сейчас в рамках ТС сделаем такое неравное регулирование, мы просто-напросто перестанем пить казахстанское пиво и будем пить российское.
Ерлан СМАЙЛОВ, модератор:
Подводя итоги сегодняшней дискуссии, можем сказать, что здоровье нации – большая ценность, но по этому законопроекту мы видим, что это служит неким прикрытием, потому что 40 метров не связаны со здоровьем. Если хотите развивать здоровье, давайте развивать высокие социальные стандарты жизни – качественную медицину с детского периода, детские сады, качественную спортивную и досуговую инфраструктуру.
Сам закон малопонятен, в нем мало логики. Возможно, он принесет больше вреда, чем пользы. Кроме того, по презентации мы видим, что он мало исполним в принципе.
По подсчетам, представленным Талгатом, от 750 до 950 тысяч человек могут остаться без средств к существованию в случае принятия этого законопроекта. Порядка 15000 магазинов могут закрыться. Законопроект требует существенной доработки и переработки в части тех же 40 метров. Этот частный случай выглядит большим доказательством того, что, к сожалению, госорганы не работают с предпринимателями. Есть масса моделей, о которых говорят экономисты и предприниматели, есть понятные методики, анализ регуляторного воздействия. Возьмите, просчитайте сценарии – один, второй, третий в случае принятия тех или иных поправок. Или проведите сначала анализ действующего законодательства. У нас часто действующие законы, нормы не анализируются – сразу придумываются новые. Происходит постоянная генерация новых законов, новых программ.
К тому, что говорил Бексултан: почему премьер должен возвращать законопроект три раза на доработку в профильный госорган? Это свидетельство того, что сами эти органы, чиновники не понимают суть законов и не готовы работать с предпринимателями. Пока госорганы не будет работать через правильные механизмы с предпринимателями, будет формализация. Да, привлекают, получают письма, слушают, но ничего не принимают и все равно идут в жесткой своей позиции. Причем не просчитывая последствия для МСБ. Эти последствия 40 метров будут для производителей не только алкогольной продукции, но и других товаров. Социально-экономический эффект в целом не просчитан.
В принципе, нет эффективной двусторонней связи. Было интересное предложение – в Мажилисе создать Комитет по предпринимательству. Чтобы это была не какая-то аморфная, а реально работающая в Парламенте структура. Насколько этот Парламент будет дееспособным – этот вопрос Петр Своик поднимал. Будем надеяться (выборы не за горами), что следующий парламент будет защищать права предпринимателей более эффективно.
