Политическая модернизация: приоритеты, прогнозы, сценарии

28 апреля в Клубе Института политических решений (КИПР) обсуждали возможность и варианты политической модернизации в Казахстане. Мнения разделились: часть экспертов считает, что модернизировать можно нечто устоявшееся, а нашу политическую систему нужно просто менять, другая часть – что для начала модернизации нужно понять ее мотивы. Так или иначе, в первую очередь политическая модернизация в Казахстане должна касаться парламента, партийной системы и развития местных органов власти – в этом разногласий не было.

«Политическая модернизация: приоритеты, прогнозы, сценарии»
(фрагменты заседания КИПР, отражающие ключевые позиции его участников)

Амиржан Косанов, генеральный секретарь ОСДП «Азат», спикер:

Самое важное значение имеет то, что власть (как главный актор на политическом поле) вкладывает в понятие политической модернизации. Возьмем за основу официальное видение президента Казахстана в виде тезиса «повышение роли парламента». Несомненно, идея правильная, об этом говорит и оппозиция. Если есть идея, которая объединяет всех казахстанцев, включая провластные партии и оппозицию, то это идея необходимости избавления от однопартийного парламента. Вопрос первый: роль какого парламента будет повышаться? Согласно изменений в Конституцию, после следующих выборов он не может быть однопартийным. Вопрос второй: какого рода многопартийность грозит нашему парламенту? К сожалению, в условиях отсутствия контроля за проведением выборов и подсчетом голосования это будет искусственно определять та же власть, а не избиратели.

Второй тезис, о котором говорил Нурсултан Назарбаев, – это повышение роли политических партий. Это тоже актуальный вопрос. За годы независимости реальная партийная система, несмотря на многочисленные законодательные табу, фактически состоялась.

На партийном поле сформировались два полюса: это «Нур Отан» со своими коалиционными сателлитами и демократическая оппозиция в лице ОСДП «Азат», Коммунистической партии и партии «Алга!». Возникает вопрос: «Чью роль надо повышать – всех партий на равной основе или одного «Нур Отана»? Судя по последним инициативам Ак Орды, по-моему, речь идет о второй части вопроса. Перманентное желание Ак Орды сделать «Нур Отан» центром политической жизни всего общества. Даже идея национального диалога, по мнению власти, должна быть реализована вокруг этой партии.

На мой взгляд, «Нур Отан» – главный тормоз не только общенационального равноправного диалога, но и политической модернизации. Политическая модернизация подразумевает реальную политическую конкуренцию людей. Захотят ли функционеры «Нур Отана», привыкшие к суперкомфортным условиям – монополии на телевидении и в избирательных комиссиях – терять свое положение? Есть один выход из этого – официальный отход президента от руководства партии. Не может Лидер нации быть лидером одной только ее части.

Третий и четвертый тезисы, о которых говорил президент, – это повышение роли местных органов власти и укрепление независимости судебной системы. Это большой и комплексный вопрос, который многие пытаются утрировать, сведя исключительно до выборности акимов и судей или распределения бюджетных средств. Казахстанская оппозиция уже вносила свои предложения по изменению законов для реализации этих целей. Но, видимо, этот комплексный подход, включающий механизмы подотчетности власти, ее подконтрольности и не дает власти идти на подлинную реформу в этих сферах. Ведь пример демократизации «снизу» может стать примером и для демократизации «сверху».

Важно понять: развитие местного самоуправления напрямую связано с развитием гражданского общества. Опыт осуществления демократизации «сверху» оказались нежизнеспособными. Нужна политическая модернизация «снизу». Настоящее гражданское общество – это не гранты от министерства культуры и не включение в престижные списки, это корни и традиции, которые должны быть заложены на здоровую, не коррупционно-чиновничью почву. Отрадно, что за 20 лет независимости, несмотря на препоны власти, ростки такого общества у нас есть. Они стали конкурентоспособны, живучи. Именно они должны стать главной ресурсной опорой для политической модернизации.

Налицо разное, а порой противоречащее, понимание сущности политической модернизации со стороны гражданского общества и власти. Нужно также учесть, что политическая модернизация не должна рассматриваться только как изменение только одной сфер жизни общества. Если она начнется, то заденет и другие сферы жизни. Нужен комплексный подход, в том числе модернизация и экономики, и социальной сферы. А это уже вопросы справедливого перераспределения не только общественных благ, но и доходов от продажи природных ресурсов. А это черта, которую власть никогда не переступит. Не может Казахстан с измененной на потребу дня в интересах узкого круга богачей Конституцией 16-летней давности соответствовать требованиям современного мира. Именно конституционная реформа в той или иной мере должна стать основой политической модернизации.

Мухтар Тайжан, президент Фонда им. Болатхана Тайжан, спикер:

На мой взгляд, если говорить серьезно о модернизации, нужно говорить об изменении Конституции. По Конституции главным источником власти, как и во всем мире, является народ, который, по идее, должен выбирать парламент, голосуя за партии. Чтобы создать партию, нужно преодолеть очень много барьеров, это практически нереально. И попасть в парламент представителям народа очень сложно, точнее, невозможно.

У нас парламент однопартийный, он может менять Конституцию. В этом году депутаты уже были готовы ее поменять, но потом, развернувшись на 180 градусов, снова были готовы изменить свое мнение.

У нас коренным образом нарушен принцип разделения властей. В мире уже существует отдельная власть – это национальный, центральный банк, власть которого должна быть независима.

Чтобы была политическая модернизация, нужно добиваться изменений в самой Конституции. Пока их не будет, слова о политической модернизации так и останутся словами.

Максим Казначеев, руководитель сектора внутренней политики ИПР, спикер:

Пока мы не можем говорить о каких-то предметных инициативах. Слова, сказанные президентом, говорят только о намерениях политической модернизации. На мой взгляд, необходимо начать с вопроса о мотивах, которые вынуждают власть говорить о модернизации.

Главный смысл политической модернизации – это решение трех основных задач. Первое – повышение устойчивости политической системы. На первый взгляд система, которая сегодня выстроена властью, является устойчивой, но предыдущие докладчики уже обозначили несколько ключевых проблемных моментов в ее функционировании. Это проблема замкнутости процесса принятия политических решений на одном человеке, отсутствие каналов обратной связи, которые пока не выработаны. В связи с этим мы можем наблюдать сложности в обмене информацией между обществом и центрами принятия административных решений.

В этой связи из необходимости повышения устойчивости политической системы появляется проблема адаптации госинститутов к потребностям развития общества. Изменение политических параметров в обществе должно быть адекватно и оперативно отражено в структуре принятия политических решений. Этой динамики государственные органы дать пока не могут.

Следующая задача – формирование условий для роста гражданской культуры, в более узком смысле – политической. Таким образом, обозначив основные мотивы, можно попытаться посмотреть на некоторые проблемы и риски для власти.

Одна из ключевых проблем – проблема субъектности. Единственный субъект политической модернизации сейчас де-факто – президент. Из этого факта вытекают три следствия:

• проблема преемственности в осуществлении модернизации. Нет гарантий, что при персональной смене происходит сохранение параметров модернизации;
• проблема определения рамочных параметров модернизации. Это проблема взаимодействия каналов обратной связи между разными участниками политического процесса;
• отсутствие конкурирующих моделей модернизации. Конкурирующие модели могли бы сравниваться, дополнять друг друга, повышать совокупную эффективность модернизационного процесса. Появляется проблема качества предложений и параметров модернизации.

Учитывая жесткую моносубъектность в процессе принимаемых решений, экспертное сообщество и гражданское общество в целом могло бы сейчас предложить власти единственный формат диалога о критериях эффективности будущей политической модернизации.

Необходимо обеспечить развитую систему политического участия граждан через формирование института транспарентных выборов. Формирование дееспособного парламента должно привести нас к обеспечению механизма демократической ротации элит. Для Казахстана это сейчас ключевая проблема узкой «скамейки запасных» в исполнительной власти и узкой «скамейки запасных» политических лидеров в сегменте публичной общественной власти.

Политическая культура консенсусного разрешения конфликтов. Понятно, что если ротация элит обеспечивается демократическим путем, то градус политической конфликтности должен снижаться.

И, наконец, эффективный бюрократический аппарат – это более длительный процесс. Ротация политических элит, так или иначе, будет перерастать в ротацию административных элит. Но нужно понимать, что единомоментно элемент клановости власти удалить невозможно.

На мой взгляд, управленческая цель политической модернизации – это распределение политико-административной ответственности между ветвями власти.

Владимир Козлов, незарегистрированная партия «Алга!»:

Модернизировать можно только нечто устоявшееся и устойчивое, а не кривое. Если посмотреть на сегодняшнюю ситуацию, то модернизировать нам практически нечего. Потому что система, выстроенная сегодня, требует не модернизации, а замены. Прежде всего, нам нужно привести в полное соответствие то, что у нас сегодня есть.

Вот есть четыре закона: о СМИ, о собраниях, о выборах, о партиях. Два первых нужно полностью заменить, два последних еще можно модернизировать. Если мы получим нормальный закон о СМИ, который дает равноправие в политическом поле для партий, то у нас будет возможность менять общественное мнение в свою пользу. У нас есть аргументы, но 82% смотрят «Хабар», и наших аргументов там нет. У нас есть всего три газеты и число их уменьшается. У нас нет допуска ни к одному радио.

Приведение к международным стандартам закона о партиях дал бы возможность зарегистрировать нашу партию и ОСДП «Азат». Изменение закона о выборах дало бы возможность нормально конкурировать во время выборного процесса. Замена закона о собраниях дало бы возможность публично высказываться.

Казахстан ратифицировал все международные пакты о гражданских правах. Но наше национальное законодательство прямо противоречит им. Как же мы живем при длящемся грубейшем нарушении императивности? Даже наша Конституция приписывает приоритет международного права над национальным и незамедлительное его выравнивание в сторону принятых международных норм. Поэтому я говорю, что модернизировать сейчас нечего.

Танирберген Бердонгаров, депутат Мажилиса Парламента РК:

Действительно, согласно Конституции есть приоритет международного права над внутригосударственным. Я не знаю прецедентов, когда наше внутригосударственное право идет вразрез международным нормам.

Политическая модернизация в Казахстане будет только тогда, когда на рынке предложений будет две действительно конструктивных, продуманных, обоснованных с экономической и политической стороны точки зрения, а не одна, которая на данный момент присутствует. Хочу сразу сказать, что я за конструктивную и развитую оппозицию, потому что в спорте всегда наибольшие результаты достигаются тогда, когда есть принцип состязательности и соревнования. На данный момент в Казахстане сложилась тяжелая ситуация, прежде всего для действующей власти, потому что нет достойного спарринг-партнера. На сегодняшний день детально проработанные экономические и политические предложения есть только со стороны «Нур Отана».

Валихан Тулешов, ИМЭП при Фонде Первого Президента:

Политическая модернизация, о которой мы говорили, на сегодняшний день невозможна. Та модернизация, которую проводит власть, идет своим чередом. «Локомотивная» часть общества хочет быстрых реформ. А общество тянется как обоз. Поэтому существует абсолютное «невспаханное поле» коллективного бессознательного, до которого ни власть не может «достучаться», ни, тем более, оппозиция.

Пока идея политической модернизации не проникнет в общество, разговоры будут бесполезны. Нужно подходить более институционально.

Серикжан Мамбеталин, партия зеленых «Руханият»:

На самом деле политическая модернизация у нас невозможна. У нас один политик, остальные политические менеджеры. Президент назначает парламент, выборы, акимов, премьер-министра, министров, судей – от районного до верховного, а также возглавляет партию «Нур Отан». Коммунистическая партия Советского Союза по сравнению с «Нур Отаном» – это практически ничего. На 15 млн человек у нас 700 тысяч членов «Нур Отана», а в Советском Союзе на 250 млн человек всего 18 млн коммунистов. Посчитайте пропорции.

На сегодняшний день мы не должны рассматривать «Нур Отан» как партию – это министерство пропаганды и агитации. Но и все остальные не представляют из себя партий – я бы сравнил их с пионерскими кружками.

Существуют две проблемы партий: доступ к СМИ и финансирование. Есть три пути финансирования: договориться с властью, договориться с олигархами и третье – договориться с другим государством. Но мы, партия зеленых «Руханият», эти три источника полностью отрицаем.

Бурихан Нурмухамедов, Институт национальных исследований:

Модель политической системы в Казахстане была сформирована с конституционными изменениями 2007 года и парламентскими выборами 2007 года. После этого вся декларируемая властями политическая модернизация рассматривалась как сохранение, укрепление этой модели и проведение лишь «косметических» изменений, не затрагивающих фундаментальных оснований созданной модели.

Какие характеристики? Первое: становление сверхцентрализованной политико-властной системы во главе с президентом. Второе: формальный характер либо недоразвитость политических институтов. Привилегированное положение партии «Нур Отан», сращивание ее с государственной властью. Контроль власти партийно-политического пространства с целью недопущения или вхождения в нее иных акторов. Контроль над избирательным процессом, электронными СМИ, включая радио и телевидение. Отсутствие правового порядка и независимой судебной ветви власти.

Эта модель демонстрирует свою способность к устойчивости не только в краткосрочной, но и среднесрочной перспективе. Власть не имеет ни мотивов, ни заинтересованности в проведении политических реформ. Даже председательство Казахстана в ОБСЕ не стало побудительным фактором.

Негативным последствием этого политического застоя является объективная невозможность преодоления в стране коррупции, которая приобрела системный характер.

Когда мы говорим о политической модернизации, нам нужно иметь в виду, кто субъект и какой у него мотив. Исходя из этого, будет прогноз и сценарий.

Арман Молдахметов, независимый эксперт:

Наша оппозиция сама по себе достаточно разрозненная, и как бы то ни было, слабая. Мне кажется неверным мнение господина Козлова о полной замене политической системы, это слишком сильно сказано. Понятно, что в Казахстане кривая, криминогенная, теневая, олигархическая экономика. И в любом случае мы понимаем, что экономика и политика взаимосвязаны.

Что касается мнения бизнеса о политической модернизации, у меня вопрос Танирбергену: что с законом о рейдерстве? Просто сейчас ключевое, что мы видим в бизнесе, – это рейдерство. Крупнейшие олигархи у нас – это крупнейшие чиновники, чего не должно быть в нормальной стране. Необходимо четкое обеспечение прав собственности.

Ерлан Смайлов, модератор:

Предлагаю подвести итоги. Я считаю, что у президента, инициировавшего политическую модернизацию, есть понимание ее необходимости. Если бы ситуация была настолько беспросветной, как описывали сегодня некоторые эксперты, он бы вообще не поднимал этот вопрос. А зачем? Все продолжалось бы в духе «все хорошо, замечательно, не надо ничего модернизировать». Другое дело, что эта инициатива может потом просто раствориться по аналогии с брошенным в воду камнем: в центре круг сильный, энергия сильная, по краям она тонет в болоте исполнения и прочих нюансов. И отсутствие членов правящей партии «Нур Отан» это подтверждает, хотя участвовать в сегодняшнем заседании согласились трое представителей городского комитета.

Важно сейчас просто понять наполнение этой модернизации. Действительно парламент должен быть реальным, сильным, местное управление необходимо усиливать, некоторые законы нуждаются в пересмотре. Модернизация нужна не ради самой модернизации, ключевая цель ее – это все-таки благосостояние народа.

Финансовый аналитик Уильям Бернстайн проанализировал историю накопления богатства странами и благосостояния народами. Из его книги «Рождение изобилия. Как создавалось современное благосостояние» мне запомнились четыре постулата. Думаю, что это, в принципе, то, к чему нам надо стремиться, некие такие индикаторы: «Крутое изменение скорости роста в странах западной цивилизации произошло под воздействием четырех связанных друг с другом факторов: гарантия прав собственности, развитие научного метода, формирование рынка капитала и легкость перемещения информации, людей и товаров».

Автор взял и собрал все необходимые преобразования в некую воронку. Что значит гарантия прав собственности? Это огромный труд, это защита прав, это нормальная судебная система, это эффективный парламентский контроль. Доступ к капиталу – это когда нормальный конкурентный доступ к дешевому капиталу есть у всех, а не только у аффилированных с государством или чиновниками компаний. То же касается применения научного метода и в бизнесе, и в принятии решений – политических и социальных, основанных на экспертных мнениях, на исследованиях. При эффективном перемещении информации, людей и грузов эти факторы могут послужить фундаментом роста благосостояния людей.